Обряд посвящения[Rite of passage] - Джон Пассарелла

«Нет! Нет! Нееееет!»

Другой браслет они надел на лодыжку подвешенного вниз головой трупа. Затем подобрал мешок и надел ей на голову. Стало темно. Раздувая ноздри, Ким быстро дышала, балансируя на краю безумной паники. Почувствовав, как на шее затягивается веревка — чтобы закрепить на месте мешок — она возобновила отчаянные (и задушенные) крики и трепыхание. Но врезавшись в безголовое тело и почувствовав срезанные с него куски плоти, она замерла и накрепко зажмурилась. Огромным усилием воли успокоила себя. Если с этим мешком у нее начнется гипервентиляция, то она может задохнуться и стать еще одним трупом, висящим в заброшенном боулинг–клубе.

Что–то прижалось к мешку около ее рта.

Выгнув спину, Ким отвернулась, избегая неизвестной угрозы. Затем ткань порвалась, и она поняла — это было отверстие для дыхание, небольшой разрыв, проделанный его когтем.

— Не хотелось бы, чтобы ты задохнулась в мое отсутствие.

Затем Ким ощутила, как нагрузка на плечи чуточку ослабла. Теперь она могла достать до пола большими пальцами обеих ног одновременно, убрав немного веса с плеч, рук и запястий.

«Он отпустил болт, — подумала Ким. — Теперь я смогу ослабить его».

Эта возможность дала ей идею, на которой можно было сосредоточиться в темноте вместо того, чтобы мучиться мыслями о прикованном к ней безголовом, гниющем и частично объеденном трупе.

— Это должно смягчить твои нынешние неудобства, — проговорил они. — А сейчас я должен идти.

Внезапно Ким осознала, что к этому времени должна была проголодаться. Однако ситуация, когда монстр приковал тебя к мертвецу, очевидно, эффективно подавляла аппетит. На самом деле при мысли о еде она ощущала дурноту. Но жажда ощущалась настойчивее. Горло горело, особенно после криков. А теперь, с заклеенным ртом, она не могла попросить глоток воды.

— Помни, что я предупреждал.

Ким быстро кивнула, хотя не знала наверняка, заметно ли это движение под мешком. Они, вроде, остался доволен. Его шаги стихли в дальнем конце клуба. Через несколько секунд распахнулась и громко захлопнулась металлическая дверь. Ким неподвижно ждала, подозревая, что это, вероятно, ловушка. Она представляла, как они тихо стоит, привалившись к задней стене, и наблюдает за ней, проверяя, не попытается ли она сбежать. И если она хоть раз натянет связывающие руки или ноги веревки, он метнется через клуб и снесет ей голову мясницким тесаком.

Держась неестественно неподвижно, по ощущениям, с час — хотя, наверное, на самом деле минут пять — Ким пыталась услышать малейшие звуки, которые бы выдали его присутствие: шорох одежды, скрип ботинка по полу, вздох или покашливание.

Она услышала лишь собственное поверхностное дыхание, слишком громкое в темном пространстве мешка.

Удостоверившись, что они покинул здание, Ким принялась ожесточенно дергать руки вперед–назад с двумя целями: если получится раскачать болт на потолке, можно будет снять мешок и распутать узлы на запястье. А если запястья начнут кровоточить прежде, чем удастся ослабить болт, можно будет использовать скольжение по собственной крови и выдернуть кисти рук из пут. Конечно, после этого придется разбираться еще с наручниками, удерживающими ее у трупа полицейского, но всему свое время.

Тора припарковался за огороженной стоянкой спортивной арены Гаффорда, ветшающего полупрофессионального бейсбольного стадиона, который планировалось уничтожить после прощального спортивного события — показательного футбольного матча между двумя полупрофессиональными командами: «Денверскими Драконами» и «Джерсийскими Дьяволами». Строительство нового многопрофильного комплекса в полудесятке километров было почти завершено, и местные жители решили попрощаться с местом, о котором у них осталось много теплых воспоминаний. Ностальгия обеспечила резкий подъем посещаемости, и футбольные команды пожинали плоды игры перед полными трибунами.

Вдыхая смесь запахов хотдогов, картошки фри, хвороста и попкорна, Тора остановился за оградой и поднял левую руку к виску. Волны его силы, неразличимые человеческим глазом, распространились по парковке и впитались в растрескавшийся бетон и потерявшие прочность металлические подпорки.

Для большего эффекта он на несколько сантиметров приподнял трость и ткнул кончиком в бетонную дорожку. Земля задрожала, и вибрация по прямой побежала к стадиону.

Тора отлично разбирался в разрушениях.

ГЛАВА 25

Когда Бобби позвонил Сэму и сообщил, что множество звонков в экстренные службы поступило со спортивной арены Гаффорда на пересечении Эллисбург Пайк и Катберт–авеню, Сэм сверился с помещенной в кэш картой и сообщил Дину, что до места всего четыре квартала.

Дин прибавил скорости:

— Спортивное мероприятие, а?

— Согласно календарю общественных событий, показательный футбольный матч, — Сэм прочел что–то и встревоженно взглянул на Дина. — Пять тысяч шестьсот сидячих мест. Последний матч на этом стадионе. Его сносят через две недели.

— Старый и переполненный, — проговорил Дин. — Лакомый кусочек.

Сэм взглянул на карту:

— Дальше сверни направо.

За поворотом Дин увидел первых откликнувшихся: две полицейские машины и скорую, которые торопились к въезду на стоянку. Дин последовал за ними.

Даже отсюда были слышны вопли тысяч людей.

Как только автомобиль въехал на парковку, Дину пришлось затормозить, чтобы не въехать в толпу — со стадиона в панике бежали люди, лица и руки которых были перепачканы кровью и пылью.

— Учитывая цель такого размера, — проговорил Сэм, — есть неплохой шанс, что он рядом.

Дин надеялся, что это не просто позитивное мышление. Разумеется, они еще понятия не имели, как прищучить пуленепробиваемого они. По крайней мере, можно было попытаться свести к минимуму число пострадавших. Кроме того, Дин предложил «дать шанс огню». Так как законы Нью — Джерси не разрешали водителям самостоятельно заправляться, в багажнике, рядом с запасом оружия, они возили семилитровую канистру бензина. Ясное дело, знай правительство Нью — Джерси, что Дин собирается облить этим бензином они и поджечь, как бамбуковый факел, покупать бензин они бы, наверное, водителям тоже не разрешили.

Дин припарковал машину во второй ряд, подальше от сотен бегущих людей, выскочил из автомобиля и помчался к сотрясающемуся стадиону. Сэм бежал рядом. Трехэтажная постройка из красного кирпича, выходящая на парковку, располагала двумя лестницами по бокам, ведущими к сиденьям на верхних ярусах. Со стоянки Дин мельком увидел планировку стадиона: внешняя лестница поднималась к верхнему ряду огороженных сидений ложи, который нависал над двумя расположенными в зигзагообразном порядке секторами рядов. Первый уровень состоял из индивидуальных кресел, а второй составляли длинные ряды алюминиевых бличеров[26]. Под этими рядами находился прогулочный проход с ларьками и киосками.